«Вы будете целоваться с Шэрон Стоун, будет страстная сцена». Экс-игрок «Ливерпуля», работающий на Russia Today

спорт

Ливерпуль Стэн Коллимор

Стэн Коллимор считался одним из самых талантливых английских игроков, а за его трансфер в «Ливерпуль» платили рекордные в 90-е годы деньги, но болельщикам он запомнился тем, что почти из каждого клуба уходил со скандалом. После завершения карьеры Стэн написал автобиографию, снялся в кино и сейчас работает журналистом на RT, освещает Кубок конфедераций. В интервью еженедельнику «Футбол» Стэн Коллимор рассказал о съемках в фильме вместе с Шэрон Стоун, фанате-трансвестите, а также о том, что общего между футболом в России и Англии.

«Калинка», российский футбол, расизм

— В интернете можно найти видео, на котором вы вместе с Александром Мостовым поете «Калинку». Где вы впервые услышали эту песню?

— Это было очень давно — когда я был еще ребенком. И конечно же я часто слышал ее на матчах «Челси». Фанаты распевали «Калинку» на стадионе в честь Романа Абрамовича. Так что в Англии эта песня довольно хорошо известна.

— А как вы познакомились с Мостовым?

— Я играл против Мостового дважды. Когда я выступал за «Астон Виллу», мы играли против «Сельты» в Кубке УЕФА. А потом встретились в Испании, когда я сражался за «Овьедо». Матч против «Сельты» стал последним в моей профессиональной карьере. Мы несколько раз переписывались с ним, он очень приятный человек, и я был рад снова встретиться. Кроме того, я знаю Павлюченко и Аршавина, которые играли в Англии. А еще Жиркова. Согласен, немного. Но я надеюсь, что молодые российские футболисты смогут проявить себя на Кубке конфедераций и чемпионате мира и у них будет шанс выступать за границей.

— Вы знакомы с российским футболом? Сможете назвать какие-нибудь клубы?

— Я был в Санкт-Петербурге, и там практически везде можно встретить упоминания о «Зените». Один из продюсеров канала RT, на котором я сейчас работаю, большой фанат «Локомотива». Я знаю про «Краснодар» — у них отличный владелец, который вкладывает деньги в команду и построил им прекрасный стадион. Вижу много интересных параллелей между российским футболом и английским. И в Англии, и в России достаточно талантливых футболистов, но, возможно, они больше концентрируются на игре за свои клубы, нежели за национальную команду. К примеру, в Испании или в Италии мы можем увидеть не только зрелищные чемпионаты, но и сильные сборные. Как и в Англии, в России виден разрыв между национальным чемпионатом и сборной страны. В детстве я смотрел матчи советских команд, знаю имена Блохина, Дасаева, Мостового. Надеюсь, что Россия, как и Англия, сможет должным образом подготовиться к предстоящему чемпионату мира и добьется успеха на этом турнире.

— Вы работали на Евро-2012 и двух предыдущих ЧМ. То есть на Украине, в ЮАР и Бразилии. Что произвело на вас наибольшее впечатление?

— Самая важная вещь во время любого крупного турнира — это теплый прием болельщиков и возможность дать людям почувствовать себя вовлеченными в этот праздник. Я помню, как в Англии меня отговаривали от поездок на Украину, в ЮАР и Бразилию: «Тебе не стоит соваться на Украину, если ты черный!», «В Африке так много болезней, тебе лучше туда не ехать!», «В Бразилии на тебя могут напасть в фавелах!». Все это полная чушь. Я работаю журналистом и поеду туда, куда захочу и когда захочу. И где бы я ни был, мне всегда встречались приветливые и доброжелательные люди, в любой стране. Я не приезжаю и не кричу на каждом углу: «Смотрите на меня, я журналист, который раньше играл в футбол». Я хочу быть таким же обычным болельщиком. И мне кажется, что самая важная вещь для любой страны-хозяйки – сделать так, чтобы любой болельщик мог почувствовать себя желанным гостем.

Эрик Бикфалви: «Мне нравится ваш тренер, но вряд ли Россия выиграет чемпионат мира»

— Многие темнокожие игроки говорят, что сталкиваются с проявлением расизма в нашей стране. Вы не думали отказаться от поездки в Россию?

— Никогда. Я живу в стране, где в данный момент усиливаются позиции правых политических партий после Брексита. В прошлом году я был в Марселе на Евро-2016 и встречался с хулиганизмом. Видел группы агрессивных российских фанатов по 10-12 человек. Но видел и английских хулиганов, разбивающих машины и ломающих кресла, и французских хулиганов. Что касается расизма, то я могу привести пример: моя мама в 1969 году вышла замуж за чернокожего парня, и многие были не в восторге от этого, показывали ей свое отвращение. Потому что он был из первого или второго поколения эмигрантов в Британии. В страны Восточной Европы приезжают эмигранты из Азии. Похожие примеры можно встретить везде, и у всех разное отношение к другим народам. В России я побывал в трех городах и ни в одном из них не испытывал дискомфорта. Я не встречал агрессивно настроенных людей, здесь все очень доброжелательны. И сейчас я больше беспокоюсь о расизме в моей стране, чем в каком-либо в другом месте.

— На поле вас часто оскорбляли другие футболисты? У вас же были разногласия с игроком «Ливерпуля» Стивом Харкнессом, возникшие на расовой почве.

— Не сказал бы, что такое происходило часто, но иногда слышал оскорбления в свой адрес от других игроков. Я обращал внимание судей и тренеров на такие ситуации, подавал жалобу в английскую футбольную ассоциацию. Но в ответ от них лишь слышал: «Почему бы вам не встретиться и не извиниться друг перед другом?» Мне оставалось только разводить руками: «Извиниться? Мне? Но ведь я не сделал ничего плохого!»

Агент Руни, «Спайс бойз», Испания

— О своем детстве вы рассказывали, что выросли в окружении белых людей. Но когда вы перешли в «Кристал Пэлас», оказалось, что игроки команды делятся на группы по цвету кожи. Как вы себя ощущали в тот момент?

— Мои родители развелись, когда я был еще совсем маленьким, а мое детство прошло недалеко от Вулверхэмптона и Бирмингема. Это достаточно мультикультурные города, где вместе с белыми жило много темнокожих, а также людей азиатской внешности. Поэтому там не придавали значения твоему цвету кожи. Все мои друзья были белые, у меня есть три белые сводные сестры от предыдущего брака матери. Когда я перешел в «Кристал Пэлас», мне исполнилось 20 лет, и это был первый случай, когда мне пришлось вступать в контакт с темнокожими людьми. Это было довольно странно. Темнокожий парень из белого района, из обычной рабочей белой семьи, который впервые оказался среди других темнокожих парней. Внешне мы были похожи, но многим отличались друг от друга. Так что да, это казалось довольно необычным.

— В детстве вы болели за «Астон Виллу». Какие эмоции вы испытали, когда перешли в бирмингемский клуб? Мечта детства осуществилась?

— Абсолютно! Я помню свою первую игру — это был матч против «Блэкберн Роверс» в АПЛ, и я очень волновался. Мы проиграли ту встречу, и у нас был не самый удачный старт сезона. Это оказались не самые лучшие три года моей карьеры — я не особо ладил с тренером команды. Наверное, это очень странно, что я перешел в любимый клуб детства, который продолжаю поддерживать до сих пор, — и именно там провел один из худших периодов в карьере. Помню день моей презентации в качестве новичка клуба — я испытывал невероятные эмоции. И я все еще люблю «Виллу», потому что это моя команда.

— В середине 1990-х вы были близки к переходу в «Манчестер Юнайтед». Что помешало состояться этому трансферу?

— Моим агентом был Пол Стретфорд, нынешний агент Уэйна Руни. В то время двумя его ведущими клиентами оказались я и Энди Коул из «Ньюкасла». Алекс Фергюсон позвонил Кевину Кигану и сказал, что хочет приобрести Коула. На тот момент это считалось невозможным, но «Ньюкасл» решил продать его. Пол Стретфорд оформил переход Коула в «МЮ» и мой трансфер в «Ливерпуль» и заработал деньги на обеих сделках. Классический агент!

— Ваш звездный час — знаменитая игра «Ливерпуля» против «Ньюкасла» на «Энфилде» в апреле 1996 года, когда вы забили два гола?

— Я думаю, что да. Матч с громкой афишей, в котором встречались две команды, ведущие борьбу за титул. На поле было много фантастических футболистов: Лес Фердинанд, Давид Жинола, Робби Фаулер, Стив МакМанаман. Обе команды жаждали победить и забить победный гол в концовке такой игры – это что-то невероятное!

— В автобиографии Джейми Каррагера я прочел о том, как в 1996 году вы подрались с голкипером Тони Уорнером, который отказался поменяться с вами стульями.

— Это случилось на предсезонных сборах в одном из отелей в Ирландии. Тогда Тони был еще молодым резервным голкипером «Ливерпуля», а я — игроком основной команды. Я вышел из-за стола, чтобы положить себе еды. А когда вернулся, то увидел, что он занял мое место, и сказал ему: «Эй, Тони, двигай отсюда, стол для детей находится в другом углу». Он отказался, и между нами завязалась небольшая драка. Но на самом деле такие ситуации случаются довольно часто. Особенно в раздевалках команд, где находятся вместе 25 парней, которые усердно тренируются каждый день, и иногда эмоции зашкаливают. Но это не мешало нам оставаться друзьями.

— В «Ливерпуле» у вас образовался великолепный тандем с Робби Фаулером. Вы забили массу голов. Но, насколько я слышал, вы были не очень дружны за пределами поля.  

— Все верно. Я думаю, все дело в том, что мы с ним два совершенно разных человека с разными интересами. Мы отлично взаимодействовали на поле, но после матча шли в разные стороны, и нас нельзя было назвать лучшим друзьями. Мне больше нравилось общаться с парнями вроде Джейми Реднаппа. Фаулер был отличным партнером по нападению. Он одинаково успешно играл в паре с Майклом Оуэном и Ианом Рашем, что лишь подчеркивает его профессионализм. А на поле нет ничего важнее, чем отличное взаимопонимание между одноклубниками.

Яри Литманен: «История с Романом Еременко стала для меня настоящим шоком»

— В «Ливерпуле» вы стали частью знаменитых «спайс бойз». Как вы относились к этому прозвищу?

— Я не считал его оскорбительным. В то время в Англии было две группы молодых и талантливых футболистов: одна в «Манчестер Юнайтед», а другая – в «Ливерпуле». Разница между нами была в том, что с «МЮ» работал сэр Алекс Фергюсон, у которого всегда жесткая дисциплина, а наш тренер (Рой Эванс. – Ред.) был более мягким, и мы часто отправлялись на вечеринки. Пресса использовала это прозвище как обозначение для группы талантливых игроков, которая не может реализовать свой потенциал. Когда я впервые услышал про это прозвище, я подумал: «Хм, ну, пускай так».

— В 30 лет вы переехали в Испанию, но провели всего три игры и объявили о завершении карьеры. Почему вы приняли такое решение?

— Тогда я подумал, что будет отличной идеей переехать в другой чемпионат и это даст новый толчок моей карьере. Я отправился в «Овьедо», но вскоре у них начались проблемы. Они пообещали мне много чего, но не спешили выполнять это. Через месяц я посоветовался с семьей и понял, что с меня хватит, после чего вернулся в Англию, где принял решение завершить карьеру. Многие люди говорили, что я еще слишком молод, чтобы уходить. Но я видел футболистов, которые играли до 35-37 лет и не получали удовольствия от игры. Я подумал, что есть много других вещей, которыми мне хотелось бы заняться: путешествовать, поработать на радио, стать журналистом. И я не жалею о своем решении. Жалею лишь о том, что у меня не сложилась карьера в «Астон Вилле».

— За свою карьеру вы неоднократно были замешаны в скандалах и совершали много вызывающих поступков. За какой из них вам было по-настоящему стыдно?

— Сейчас, когда мне 46 лет, я не считаю уместным говорить о тех временах, когда мне было 25-26 лет. Потому что со временем все мы меняемся. Когда я был в «Ливерпуле» и на меня свалилась слава, я не всегда мог реагировать правильно на происходившие вокруг меня вещи. Но сейчас я больше не тот человек, которым был в то время.

Трансвестит Куини, Роналду, Шэрон Стоун

— Вы рассказывали, что в бытность игроком «Ноттингем Форрест» и «Ливерпуля» перед каждой игрой вы получали цветы от трансвестита по имени Куини. Это был ваш самый странный фанат?

— О да! Куини была самой необычной среди всех фанатов. Она присылала мне цветы каждую неделю, когда я играл за «Ноттингем Форест», а затем продолжила делать это, когда я перешел в «Ливерпуль». А потом она внезапно исчезла. Надеюсь, что она жива и с ней все хорошо. Каждую неделю я получал от нее цветы, открытки или небольшие подарки. Так что, Куини, если ты это прочитаешь, привет тебе!

— Гари Невилл рассказывал в одном из интервью, что самое смешное оскорбление с трибун, которое он слышал в свой адрес: «Ты всего лишь гребаный Фил Невилл». А что вам запомнилось больше всего?

— Фанаты «Тоттенхэма». Я как раз объявил о том, что страдаю от депрессии, и они весь матч распевали: «Ты ненормальный, и ты знаешь это». Лет 15-20 назад это казалось смешным, но сейчас в Англии никто не станет петь подобные вещи.

— У Иско есть пес по имени Месси. Есть ли у вас домашние животные? А если нет, то какую кличку вы бы дали своему псу?

— У меня нет домашних животных — я постоянно в поездках. Но если бы я решил завести себе пса или кота, то дал бы ему кличку Роналду. Потому что в споре о том, кто же лучше – Месси или Роналду, мои симпатии на стороне португальца.

— Почему?

— Роналду выигрывал чемпионат Англии — сильнейший чемпионат в мире, чемпионат Испании, побеждал в Лиге чемпионов, становился триумфатором чемпионата Европы вместе со сборной Португалии. Месси фантастический игрок, но Роналду побеждал в совершенно разных турнирах, что показывает его гибкость, мастерство и умение приспособиться к любым условиям. Криштиану играл важную роль в «МЮ», а сейчас он лидер «Реала» и сборной Португалии. Именно поэтому мне больше импонирует португалец.

— В 2005 году вы сыграли в фильме «Основной инстинкт-2» вместе с Шэрон Стоун. Кто пригласил вас в кино?

— Фильм снимался в Нью-Йорке, и в самый последний момент сменился режиссер. Он родом из Шотландии (Майкл Кейтон-Джонс. – Ред.) и большой поклонник «Глазго Рейнджерс». Именно он позвонил мне и предложил роль: «В начале фильма ты будешь ехать в машине вместе с Шэрон Стоун, вы будете целоваться, это будет страстная сцена. А потом машина вылетит с дороги и упадет в реку». Я подумал, что это должно быть забавно, и согласился. Я провел неделю на студии, мы отсняли ту самую сцену падения автомобиля в реку, и это было довольно захватывающе. Но моей любимой частью была премьера фильма. Я был в отеле, готовился выезжать на премьеру и включил телевизор. В этот момент по ковровой дорожке проходила Шэрон Стоун, и кто-то из журналистов задал ей вопрос: «Вашим партнером в фильме был Стэн Коллимор, что вы думаете о нем?» Она ответила: «О, Стэн — мой очень хороший друг». Мне было безумно приятно это услышать.

Гвардиола, Клопп, сборная Англии

— Как вам последний сезон английской Премьер-лиги? Что для вас стало главной неожиданностью?

— В этом сезоне не было больших сюрпризов, как год назад, когда «Лестер» стал чемпионом. «Челси» вернулся на то место, на котором и должен быть. Когда у тебя в распоряжении такой мощный состав и Антонио Конте в роли тренера, ты должен бороться за титул. Для меня стало сюрпризом, что «МЮ» не финишировал в первой четверке. Однако они все равно квалифицировались в Лигу чемпионов после победы в Лиге Европы. «Тоттенхэм» продолжает расти, у них отличная команда. Главным сюрпризом стало непопадание «Арсенала» в первую четверку — впервые за 20 лет.

— Что думаете насчет Пепа Гвардиолы?

— Он был не так плох, хотя его команда не показывала особо зрелищную игру. Мне кажется, что пока тренер не попадет в АПЛ, он не осознает, насколько сложна эта лига. Здесь ни одна игра не бывает простой. Я уверен, что Пеп извлек полезные уроки и в следующем сезоне «МанСити» выступит намного лучше.

— Юрген Клопп подходящий тренер для команды, которая не побеждает в чемпионате страны на протяжении 27 лет?

— Мне кажется, что да. Юрген Клопп известен своим умением работать с молодыми игроками. Но сейчас «Ливерпуль» готов тратить большие деньги на усиление состава, и это должно помочь им в борьбе за трофеи.

— А что насчет английской сборной? Вы верите, что Гарету Саутгейту будет по силам добиться успеха с командой?

— Почему бы и нет. Сейчас в сборной много молодых ребят из «Тоттенхэма»: Кейн, Алли, Дайер. Также есть Рахим Стерлинг и Маркус Рэшфорд. Главная проблема английской сборной в том, что в ее составе всегда было много футболистов, которые великолепно играют в своих клубах, но в матчах за национальную команду они выступают значительно хуже. Джеррард, Лэмпард, Терри, Фердинанд – все они выигрывали Лигу чемпионов, но у них не получалось с тем же успехом выступать за сборную Англии. Мы играли вместе с Саутгейтом за «Кристал Пэлас» и «Астон Виллу», можно сказать, что мы выросли вместе. Он хороший тренер и отличный человек. Работал с «молодежкой» до 21 года и хорошо знает игроков, они могут доверять ему, и это должно помочь Гарету добиться успеха в сборной.

Борьба с депрессией, автобиография, журналистика

— В 90-х футбольную общественность потрясла новость о том, что вы страдаете от депрессии. Как сейчас обстоят ваши дела?

— Впервые я рассказал о своих проблемах в 1997 году и стал первым спортсменом, который публично заявил о том, что страдает от депрессии. И тогда отношение было абсолютно другим, нежели сейчас. В Британии на это реагировали просто: «Возьми себя в руки, перебори это». Хорошо. Но, скажем, если я упаду с лестницы и сломаю обе ноги, а мне скажут, чтобы я пробежал марафон, это будет не так-то просто сделать. Здесь недостаточно сказать: «Борись с этим». Проблемы психологического характера оказывают серьезное влияние на физическое здоровье человека. В Британии один из трех-четырех человек испытывает подобные сложности, что приводит к депрессии. Кто-то называет это слабостью, но это не так. Это реальная болезнь, требующая лечения. Что касается меня, то я говорю об этом уже на протяжении 20 лет. В Британии и США данной проблеме уделяется большое внимание, и это действительно здорово. Потому что депрессия — болезнь, изолирующая человека от других и заставляющая его закрыться от всего мира. Именно общение с другими людьми помогает справиться с ней.

— С момента выхода вашей книги Stan: Tackling My Demons («Побеждая своих демонов») прошло 12 лет. Не планируете написать еще одну?

— Да, я думаю, пришло время написать вторую. Та книга рассказывает о моей карьере, о том, как я боролся с депрессией, о моих личных демонах. Но прошло уже более 10 лет. Я много путешествовал, общался с кучей интересных людей, записывал подкасты. Думаю, что мне есть о чем рассказать в новой книге.

— Вы помните свой первый эфир в качестве телеэксперта? Сильно нервничали?

— Мне было проще: во время игровой карьеры у меня часто брали интервью, и это не было чем-то новым для меня. Тем не менее, когда идешь на эфир, чтобы взять интервью у игроков, тебе немного не по себе. Я побывал в Санкт-Петербурге, в специальном парке для болельщиков на время Кубка конфедераций, где мне приходилось идти в толпу людей и брать у них интервью. Раньше я был застенчивым, и мне было бы не так просто это сделать, но сейчас это не составляет для меня труда, так же как и общаться с большим количеством людей. Естественно, периодически я немного нервничаю, но мне нравится то, чем я занимаюсь.

Ивица Олич: «Франк Рибери перепрятывал вещи футболистов «Баварии» и иногда кидался мокрыми гетрами»

— На ваш взгляд, сильно ли отличаются Россия и Украина? Другие страны, в которых вы побывали?

— Я не увидел каких-то различий. Я много времени потратил на поездки по Америке, Франции, Испании. Три недели провел на Украине во время Евро-2012, месяц был в ЮАР, месяц — в Бразилии. И, мне кажется, что главная ошибка в геополитике всех стран, будь то Британия, Америка, Испания, Россия или Норвегия, – заявлять о том, что все мы разные. Это не так. Нам всем нужна работа, здравоохранение, счастливая семья и любая возможность, чтобы достичь успеха. И именно это есть в каждой стране. Когда я был в Питере и вышел на главную площадь (Дворцовая площадь. – Ред.), то увидел детей, которые катаются на скейтбордах и роликах. Я принес им мяч, мы начали разговаривать, они стали спрашивать, что я тут делаю. И, на мой взгляд, именно такие моменты — лучшая вещь в спорте и в футболе. Общение с людьми, новые знакомства. Это объединяет нас.

— Вы были превосходным игроком, сейчас вы довольно популярный журналист. Что дальше?

— Я хотел бы прокомментировать около 800-900 футбольных матчей, поработать на нескольких крупных турнирах. Очень рад, что мне выпала возможность трудится на Кубке конфедераций, и надеюсь вернуться в Россию в следующем году на чемпионат мира. Хотел бы продолжить заниматься тем, что делаю сейчас: говорить о спорте, писать о нем в соцсетях, записывать подкасты. Сейчас при помощи соцсетей я могу рассказать о том, что я в Москве, и люди, не выходя из дома, могут увидеть то, что вижу я. Будь они из Манчестера, Лондона, Глазго или Эдинбурга. Соцмедиа дают людям возможность посмотреть на крупные события так, будто это происходит у них за окном: увидеть стадионы, отели, достопримечательности. Мне кажется, это действительно круто, и я надеюсь, что занимаюсь полезным делом.

Текст: Никита Котов

Фото: Global Look Press

Источник: http://www.sports.ru/

Добавить комментарий